Малахов Владимир Васильевич – докт. биол. наук, проф., акад. РАН, зав. кафедрой зоологии беспозвоночных
119234, г. Москва, Ленинские горы, д. 1, стр. 12, Тел.: 8-495-939-27-76
Leninskye gory, 1–12, Moscow, 119234
Ежова Ольга Владимировна – канд. биол. наук, доц. кафедры зоологии беспозвоночных
119234, г. Москва, Ленинские горы, д. 1, стр. 12, Тел.: 8-495-939-27-76
Leninskye gory, 1–12, Moscow, 119234
Екимова Ирина Александровна – канд. биол. наук, ст. науч. сотр. кафедры зоологии беспозвоночных
119234, г. Москва, Ленинские горы, д. 1, стр. 12, Тел.: 8-495-939-27-76
Leninskye gory, 1–12, Moscow, 119234
Ганцевич Михаил Маркович – канд. биол. наук, ст. науч. сотр. кафедры зоологии беспозвоночных
119234, г. Москва, Ленинские горы, д. 1, стр. 12, Тел.: 8-495-939-27-76
Leninskye gory, 1–12, Moscow, 119234
Предполагается, что жизненный цикл с участием двух личинок (планктотрофной и резервотрофной) является синапоморфией Ambulacraria. Планктотрофные личинки имеют сложный ресничный шнур и используют «up-stream»-фильтрацию для питания. Планктотрофные личинки претерпевают метаморфоз и превращаются в непитающихся личинок с полными или неполными ресничными кольцами. Эти личинки используют не желток, а запасы, накопленные на предыдущей планктотрофной стадии, поэтому их можно назвать резервотрофными. Среди иглокожих голотурии имеют жизненный цикл, который может рассматриваться как плезиоморфный. Он включает планктотрофную личинку (аурикулярию) и резервотрофную личинку (долиолярию). Большинство иглокожих потеряли резервотрофных личинок, хотя рудиментарные долиолярии известны у некоторых морских ежей и офиур. У большинства морских лилий есть только личинки долиолярии, хотя у стебельчатых морских лилий есть аурикулярии, за которыми следуют долиолярии, но обе личинки лецитотрофны. У кишечнодышащих Spengelidae и Ptychoderidae есть планктотрофные торнарии, за которыми следуют резервотрофные личинки Агассиса. Виды семейства Harrimaniidae утратили торнарий, но сохранили лецитотрофных личинок Агассица. Гигантские планктотрофные личинки были обнаружены как у иглокожих, так и у полухордовых. Глубоководная голотурия Protankyra brychia имеет гигантскую личинку, известную под названием Auricularia nudibranchiata. Возможно, что гигантская торнария, известная под названием Planctosphaera pelagica, является личинкой какого-то вида глубоководных кишечнодышащих.
The life cycle with two larvae (planktotrophic and reserve-trophic) is assumed to be a synapomorphy of Ambulacraria. Planktotrophic larvae have a complex ciliary band and use the “up-stream” filtration for nutrition. Planktotrophic larvae undergo metamorphosis and turn into non-feeding larvae with complete or incomplete ciliary rings. These larvae do not use the yolk, but the reserves stored at the previous planktotrophic stage, therefore they can be called reservetrophic. Among echinoderms, holothurian life cycle is assumed to be plesiomorphic. It includes a planktotrophic larva (auricularia) followed by a reserve-trophic larva (doliolaria). Most echinoderms have lost their reserve-trophic larvae, although rudimentary doliolarians are known in some sea urchins and brittle stars. Most crinoids have doliolaria larvae only, although stalked sea lilies have auricularia followed by doliolaria, but both larvae are lecithotrophic. In enteropneusts, Spengelidae and Ptychoderidae have planktotrophic tornarians followed by reserve-trophic Agassiz larvae. Species of the Harrimaniidae have lost tornarians, but have retained the lecithotrophic Agassiz larvae. The giant planktotrophic larvae were recorded both in echinoderms and hemichordates. The deep-sea holothurian Protankyra brychia has giant larva known by the name Auricularia nudibranchiata. It is possible that the giant tornarian known by the name Planctosphaera pelagica is a larva of some species of deep-sea enteropneust.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.